Финансист №1 (41) 2026

За последнее десятилетие доля женщин в высшем руководстве повысилась, отмечает Global Gender Gap Report 2025* Всемирного экономического форума. Рост происходит и в тех отраслях, где женщины исторически были представлены слабее всего: в технологиях, энергетике, логистике и транспорте.

*Ежегодный аналитический отчет, который оценивает уровень гендерного равенства в разных странах

Перемены наверху

Еще недавно женщины во главе глобальных корпораций воспринимались как редкое исключение, особенно в традиционно «мужских» сферах. Согласно докладу о гендерном равенстве, основанному на информации из соцсети LinkedIn для 155 стран, в 2022 году женщины занимали около 31% руководящих позиций. Однако в энергетическом секторе показатель составлял лишь 20%, в обрабатывающей промышленности – 19%, а в инфраструктурных отраслях – 16%. В сферах образования, здравоохранения и некоммерческой общественной деятельности руководящие позиции распределены между гендерами почти поровну.

Сейчас отрасли, которые долго считались закрытыми для женского лидерства, перестраивают свои кадровые практики, что говорит о глубинных системных сдвигах.

Одно из последних назначений произошло в январе 2026 года. Тогда на пост президента и вице-председателя совета директоров Meta Platforms (META) была назначена Дина Пауэлл Маккормик. Ее задача – курировать масштабные инвестиции компании в ИИ-инфраструктуру и глобальные проекты. Это назначение показывает, что женское присутствие усиливается на уровне стратегического управления.

Источник: Global Gender Gap Report 2022, World Economic Forum

Женщины-СЕО делают историю: Мег О’Нил и BP

В конце 2025-го совет директоров британского энергетического гиганта BP (BP) объявил, что с 1 апреля 2026 года компанию возглавит Мег О’Нил. Впервые за более чем столетнюю историю кресло CEO займет женщина.

Основанная в 1908 году Уильямом Ноксом д’Арси BP прошла путь от рискованных геологоразведочных проектов до диверсифицированного энергетического холдинга. Энергетика считается одной из самых консервативных отраслей с точки зрения управления, поэтому назначение женщины гендиректором корпорации такого масштаба отражает большие изменения в кадровой политике сектора.

С 2021 года Мег О’Нил руководит нефтегазовой компанией Woodside Energy. Она курировала слияние с BHP Petroleum International – крупнейшей энергетической корпорацией на Австралийской фондовой бирже. Предыдущие 23 года г-жа О’Нил проработала в ExxonMobil (XOM) – одном из главных игроков мирового нефтегазового сектора.

В 2025 году женщины возглавляли 11% компаний из Fortune 500, и это исторический рекорд с 1955 года, когда был составлен первый подобный список.

Женщины-лидеры обычно ниже оценивают свои возможности. По данным Russell Reynolds, 70% мужчин и лишь 50% женщин считают, что готовы занять место своего вышестоящего руководителя

До гендерного баланса в составе руководства компаний из Fortune 500 пока далеко. Позитивный тренд – увеличение числа женщин-CEO – обеспечивается карьерным ростом внутри одной компании. Это указывает на все более выраженную готовность корпораций доверять женщинам-специалистам вершину управленческой пирамиды.

Экономика женского лидерства

Инвесторам прежде всего интересно то, как гендерный баланс в топ-менеджменте сказывается на финансовых результатах бизнеса. В том, что это влияние есть и оно измеримо, у исследователей сомнений нет.

Анализ эмитентов, входящих в ведущие фондовые индексы, показывает: там, где доля женщин в руководстве превышает медиану, уже через год рентабельность собственного капитала повышается примерно на 30%. При этом риск снижения прибыли уменьшается примерно на ту же величину. Корпорации, в которых женщины занимают не менее 25–30% управленческих позиций, отличаются не только более высокой доходностью, но и большей предсказуемостью результатов.

Экономический эффект женского лидерства Carnegie Private Wealth объясняет сочетанием управленческих подходов, которые напрямую влияют на качество бизнеса. Среди них:

• Командная работа. Женщины-лидеры чаще делают акцент на коммуникациях, развивают культуру обратной связи и вовлеченности. Из-за этого сотрудники чувствуют себя более удовлетворенными и продуктивными, текучесть кадров ниже, стратегии реализуются лучше.
• Взвешенное управление рисками. В среднем мужчины чаще склоняются к стратегии «высокий риск – высокая награда», тогда как женщины демонстрируют более осторожный, но системный подход. Бизнесы с ними в топ-менеджменте реже оказываются в центре финансовых скандалов или объявляют дефолт. Это позитивно влияет на защиту капитала акционеров.
• Ближе к клиенту – ближе к прибыли. Управленческие команды, в которых есть женщины, быстрее находят новые точки роста, поскольку лучше понимают разные группы клиентов. Опыт бизнесвумен помогает учитывать не только потребности среднего потребителя, но и, например, особенности покупательниц, а также семейного и других сегментов рынка.
• Прозрачность и этичность. В компаниях, где в руководстве больше женщин, структура корпоративного управления крепче, больше внимания уделяется комплаенсу (контролю за соблюдением законодательных и отраслевых стандартов) и этическим нормам. Это повышает доверие инвесторов и снижает регуляторные риски.
• Привлечение и удержание талантов. Наличие женщин в топ-менеджменте сигнализирует об инклюзивной современной корпоративной культуре. Это помогает привлекать квалифицированных специалистов и повышает лояльность сотрудников, особенно молодых, для которых очень значимо совпадение их ценностей с ценностями работодателя.

Таким образом, женское лидерство превращается в источник долгосрочного конкурентного преимущества. И сегодня это отражается как в результатах финансовой отчетности, так и в качестве управления.

Источник: журнал Fortune (один из старейших деловых журналов в США)