Двухнедельный обзор фондовых рынков №348. Сезонная рокировка

На прошлой неделе в возрасте 100 лет умер Алан Гринспен. Он руководил ФРС почти два десятилетия — с 1987 по 2006 год, оставив пост незадолго до кризиса 2008-го. Фирменным стилем Гринспена в коммуникациях с инвестсообществом была намеренная неясность риторики. Участникам рынка оставалось теряться в догадках, так как шеф Федрезерва почти никогда публично не объяснял свои решения. Однако и при наступлении кризисов, и при ускорении инфляции Гринспен действовал достаточно решительно, хотя ближе к его отставке некоторые все же винили председателя в излишне мягкой политике, которая отчасти стала причиной глобальных финансовых проблем 2008 года. 

Вступая в мае в должность нового главы ФРС, Кевин Уорш из всех своих предшественников выделил именно Алана Гринспена, выразив намерение стать его последователем. 

На первом заседании FOMC под председательством Уорша, состоявшемся 16–17 июня, ставку вполне ожидаемо оставили в диапазоне 3,5–3,75% уже в четвертый раз подряд.  Однако формат коммуникаций ФРС с рынками сразу был радикально пересмотрен. Сопроводительное заявление регулятора сжалось с 341 слова в апреле до 132. Из текста убрали формулировку о готовности смягчать политику и имена голосовавших за то или иное решение. Осталось лишь заверение в том, что комитет обеспечит ценовую стабильность. Пятнадцать лет подряд ФРС заранее намекала рынку  на свой следующий ход. Эти «подсказки» превратили центробанк из одного источника макроэкономических сигналов среди многих в единственный значимый. Дальше ФРС считывала реакцию рынка, как подтверждение собственного взгляда, хотя, по сути, смотрела на собственные действия через призму рынков. Пришедший на смену Алану Гринспену Бен Бернанке называл эту практику «залом зеркал». На итоговой пресс-конференции 17 июня Кевин Уорш подчеркнул, что рыночные цены — важнейший источник информации для Федрезерва, но это верно лишь тогда, когда биржа сама формирует свой взгляд, а не транслирует чужой.

Удивительнее всего, что на пост главы Федрезерва Уорша назначил президент Дональд Трамп, который ранее настаивал на необходимости активного снижения ставки и рассчитывал, что его кандидат пойдет на смягчение монетарных условий. В 2025-м Уорш действительно смягчил тон, рассуждая о дезинфляции от роста производительности на ИИ, но послужной список характеризует нового председателя регулятора совсем с другой стороны. Уорш пришел в ФРС в 2006-м и был правой рукой Бернанке весь кризис. При его участии проходили продажа Bear Stearns, банкротство Lehman Brothers, спасение AIG. Однако, когда Бернанке пошел на второй раунд количественного смягчения (QE) и принял план выкупить гособлигации на $600 млрд, его верный соратник в марте 2011-го демонстративно ушел в отставку, предупредив, что скупка долговых бумаг исказит распределение капитала в экономике. Тезис «инфляция — это выбор» Уорш повторял не один раз, и текущая его позиция не оставляет сомнений в том, что финансист верен этой установке.

Амбициозный замысел Уорша лежит в плоскости огромного баланса ФРС, который наращивали около 18 лет и только за последние годы смогли сократить до $6,7 трлн.  Новый глава ФРС стремится к «несубсидированной» доходности, чтобы реальную цену денег определял рынок, а не формировали покупки ФРС. Путь к этому тернист. Скорее всего, мы увидим дальнейшее сжатие баланса и смягчение банковского регулирования, а корректировку ставки регулятор оставит для управления инфляцией и ростом экономики. Делать выводы на текущем этапе рано, но долгосрочно за счет реализации этого плана есть неплохой шанс оздоровить экономику и баланс регулятора. В то же время среднесрочная реакция акций и облигаций на подобные действия Федрезерва может быть негативной.

Для участников рынка намерения монетарных властей выглядят туманно, но так и задумал Уорш, ведь так поступал и его ориентир Гринспен. К этому стилю инвесторы вскоре привыкнут. Во-первых, put ФРС никуда не пропал и в случае резкой финансовой нестабильности инструменты для стимулирования рынка будут применены. Во-вторых, повышенная волатильность потребует чуть большего внимания инвестора к своему портфелю. Станут нужны более частый хедж позиций, более активное управление ими, а также более плотное взаимодействие с инвестиционным консультантом. В-третьих, Уорш доказал свою независимость, которая остро необходима для реализации долгосрочного плана оздоровления экономики. Все это дает основания предполагать, что на горизонте 10–15 лет ФРС сделает американские биржевые инструменты еще привлекательнее для инвестирования и снизит часть рисков. В итоге инвесторы снова убедятся в стабильности финансовых институтов и в их способности благоприятно влиять на фондовый рынок.