Financier №2 (30) 2023

Цыплят по осени считают, а банки — по весне. Март и апрель 2023 года оказались самыми стрессовыми месяцами для мировой финансовой системы со времен Великой депрессии. За это время рухнули американские Silicon Valley Bank (SIVB) и First Republic Bank (FRC) с совокупными активами $440 млрд, а также швейцарский Credit Suisse. Как получилось, что крупные и казавшиеся надежными фининституты вмиг растеряли доверие клиентов и инвесторов?

Легкие деньги

Периоды экономической неопределенности повышают риски для устойчивости любой банковской системы. Финансовый кризис 2008 года стал для нее тяжелым испытанием: обанкротились кредиторы с совокупными активами $374 млрд. Падение крупнейшей в США ссудно-сберегательной ассоциации Washington Mutual, располагавшей $307 млрд, стало крупнейшим в истории США. После 2010-го число банкротств кредитных организаций неуклонно снижалось, а 2021–2022 годы стали самыми спокойными для индустрии.

Пандемия оказалась серьезным стрессом для мировой экономики, хотя положение банков в этот период было достаточно устойчивым. Во-первых, кризис не характеризовался спекуляциями и сомнительными практиками кредитования. Во-вторых, стимулирующие выплаты государства позволили потребителям направить их на банковские депозиты, обеспечив систему дешевой денежной ликвидностью. В-третьих, в соответствии с принятым после кризиса 2008 года законом Додда — Франка крупные банки соблюдали жесткие требования к капитализации и управлению кредитными рисками.

Однако еще в 2018 году Конгресс США принял закон об ослаблении надзора за банками с активами менее $250 млрд, по которому с них сняли обязанность проходить ежегодные стресс-тесты для поддержания определенных уровней капитала (для поглощения убытков) и ликвидности (для быстрого погашения обязательств). Отсутствие должного регулирования в условиях резкого подъема процентных ставок оказалось миной замедленного действия.

В ходе банковского кризиса марта 2023 года реализовался классический сценарий, в основе которого лежал процентный риск. Длительный период низких ставок способствовал историческому ралли в высокорисковых активах, одновременно подталкивая банки вкладывать избыточные средства с депозитов в облигации для получения дополнительного дохода.

Silicon Valley Bank: обвалить за 40 часов

Как и многие конкуренты, Silicon Valley Bank активно инвестировал в трежерис. Имея активы в размере $210 млрд и не попадая тем самым под жесткий регуляторный контроль, банк не уделял должного внимания риск-менеджменту. Облигации занимали 57% инвестиционного портфеля — наибольшую долю в сравнении с аналогами в отрасли.

С началом повышения ставки ФРС в марте прошлого года стоимость облигаций начала падать, и фининститут столкнулся с негативной переоценкой портфеля инвестиций и накоплением убытков, при этом процентные риски не хеджировались. В апреле 2022-го, когда потери не были столь значительны, директор по управлению рисками покинул свой пост, а найти ему замену не спешили до января 2023 года.

Хотя убытки по долгосрочным ценным бумагам, как правило, не реализуются за счет погашения в будущем, они создают риск давления на платежеспособность банка в случае вынужденной продажи активов для покрытия дефицита. Именно с этим столкнулся SIVB, когда потери в портфеле облигаций уже были равны стоимости капитала банка.

Уникальность положения SIVB заключалась также в том, что он изначально фокусировался на обслуживании стартапов и венчурных фондов, то есть на клиентах с высоким уровнем риска. С началом ужесточения финансовых условий мировыми центробанками интерес инвесторов к молодым компаниям существенно снизился и клиенты банка столкнулись с повышенными расходами. В результате депозиты SIVB сократились на 35% за 2022 год. Появившиеся в марте этого года слухи о проблемах баланса финорганизации спровоцировали дополнительный отток средств. Бегство клиентов (Bank Run) произошло стремительно: стартаперы оперативно выводили деньги через удобное мобильное приложение банка. Чтобы покрыть отток средств, SIVB продал портфель «коротких» бумаг, понеся при этом значительные убытки. В итоге падение 16-го по величине фининститута США с 40-летней историей заняло менее 40 часов.

First Republic Bank: спасая богатых

Другим примером неграмотного управления балансом стал кейс First Republic Bank. Помимо убытков по облигациям банк столкнулся с отрицательной пере­оценкой ипотечного портфеля. FRC ориентировался на состоятельных клиентов, но активно привлекал кредиты под низкие ставки и на льготных условиях, практически удвоив размер активов за последние четыре года.

На фоне падения доверия к региональным банкам FRC также столкнулся с оттоком вкладчиков, которые вывели со счетов $100 млрд. JPMorgan предоставил банку подушку в виде депозитов на $30 млрд сроком на полгода, а потом просто поглотил его.

Credit Suisse: без шанса на успех

Под пристальным вниманием оказался и швейцарский Credit Suisse. Банк не был замечен в замалчивании скрытых убытков или «черной дыры» в счетах. Но многолетние скандалы, смена топ-менеджеров, обвинения в отмывании денег и неспособность выйти в прибыль заметно пошатнули репутацию Credit Suisse не только как глобального игрока, но и как достойного конкурента UBS на общем для них домашнем рынке.

Менеджмент пытался восстановить доверие и укрепить позиции, объявив о реструктуризации, но амбициозный план не впечатлил инвесторов. В конце 2022 года клиентские депозиты сократились на 33% г/г, и банк вынужденно продал большую часть ликвидных активов. В марте он задержал выпуск годового отчета и признал наличие «существенных недостатков» в своем финансовом контроле. После коллапса банков в США тяжелым ударом для и без того хрупкого рынка стал отказ Saudi National Bank (крупнейшего миноритария) предоставить эмитенту дополнительный капитал. Хотя швейцарский регулятор предоставил банку поддержку на $54 млрд, это не помогло восстановить доверие клиентов. В результате UBS, главный конкурент банка, согласился приобрести Credit Suisse за $3,23 млрд, или за 4% балансовой стоимости капитала и примерно 10% капитализации.

Туманное будущее

Хотя регуляторам удалось погасить первичные «возгорания», настоящие проблемы могут ждать банковский сектор впереди. Дальнейшее состояние индустрии во многом определит то, как долго ставки будут сохраняться на высоких уровнях и насколько хватит сил и таланта риск-менеджеров.