Financier №2 (42) 2026

Ефим Колодкин,

управляющий партнер бюро премиальной интерьерной архитектуры AIYA Bureau и серийный предприниматель

Я работаю с состоятельными клиентами (high-net-worth) в Великобритании, Грузии и ОАЭ. За последние годы недвижимость перестала быть универсальной кнопкой богатства. Для зумеров покупка жилья обходится дороже, а мобильность для них часто важнее привязки к адресу. Поэтому вместо одного объекта «навсегда» выбирается их портфель с разным уровнем риска. Это может быть Shared Ownership: покупка небольшой части недвижимости с арендой ее оставшейся площади и возможностью постепенно увеличивать долю в собственности.

Параллельно растут и «рыночные» форматы: покупка в складчину, синдикативные вложения в флиппинг, когда несколько инвесторов заходят в недооцененный актив и зарабатывают на переделке с последующей перепродажей. Популярна покупка в шеринг курортной недвижимости, когда собственники заранее бронируют «свои» недели, а в остальное время объект администрирует и сдает в аренду управляющая компания. На некоторых рынках, например в Дубае, встречаются сделки с оплатой в криптовалюте – через легальную конвертацию и лицензированных провайдеров. Если вы уже выбрали объект, проверьте базу: микролокацию (окружающее пространство, вид из окон, уровень шума и безопасности), цель покупки (для себя или под сдачу в аренду), планировку (эргономика напрямую влияет на ликвидность) и качество отделки. Спокойная палитра, долговечные натуральные материалы, правильное освещение и удобная планировка обычно переживают тренды и лучше держат цену.

 

Джей Вудс,

главный стратег Freedom Capital Markets

Главное отличие инвесторов поколения миллениалов и зумеров от их предшественников в доступе к технологиям. Когда я начинал, не существовало возможности торговать с телефона, как сейчас. Не было и такого объема доступной информации. Молодое поколение более информированно, лучше чувствует рынок. Разные кризисы по-разному сказались на поведении инвесторов. Пузырь доткомов оказал скорее краткосрочное влияние: люди обожглись и на время ушли с рынка. Финансовый кризис 2008 года был более глубоким в плане воздействия на инвестсообщество. Те, кто пережил этот период, особенно в возрасте 37–45 лет, понимают, что такое затяжной «медвежий» рынок и реальные риски. Эти участники рынка, как правило, более осторожны. Наиболее выраженным и долгосрочным стал эффект от пандемии COVID-19. Люди оказались дома, получили деньги и пришли на рынок. Были перегревы (истории с GameStop и AMC), но главное – инвесторы остались. Сегодня многие из них переходят от спекуляций к долгосрочным стратегиям.

Кризисы учат, что в долгосрочной перспективе рынок растет. Ошибки неизбежны, но именно они дают лучший опыт. Если взять три принципа, которые я бы выбрал, начиная карьеру инвестора сегодня, то это была бы прежде всего диверсификация. Во-первых, стоило бы сделать выбор в пользу индекса, например S&P 500, где сильные остаются, а слабые уходят.

Во-вторых, важна гибкость: нужно инвестировать в то, что понимаешь, но быть готовым менять решения, если меняются тренды. В-третьих, в приоритете должна быть долгосрочность: регулярно инвестировать и использовать эффект сложного процента. Лучший совет – откладывать часть дохода и постоянно приобретать на эти средства биржевые активы.

 

Сергей Кудрявцев,

генеральный директор Witte VC, инвестор

Мы в Witte разделяем позицию BlackRock: 2026 год становится «менее похожим на казино и более похожим на рынок инвесторов». Стабильный результат показывают те, кто делает ставку на высоковероятные сценарии и выбирает активы с предсказуемым денежным потоком и исторической доходностью, а не следует за краткосрочными трендами.

Для инвесторов с высоким аппетитом к риску сохраняют потенциал прямые вложения в непубличные компании (private equity), в частный и венчурный долг, а также сделки на вторичном рынке (secondary market), где можно найти активы с дисконтом 10–70%.

Хайп вокруг ИИ уже во многом заложен в котировках, однако возможности остаются в инфраструктуре. Пять крупнейших американских гиперскейлеров планируют вложить около $720 млрд в дата-центры только в 2026 году, а на горизонте трех-пяти лет спрос на такие проекты будет усиливаться, в том числе в странах СНГ и Азии.

Для более консервативных инвесторов актуальны золото и промышленные металлы. В 2026 году золото впервые за 30 лет превысило долю US Treasuries в резервах центробанков. Серебро и медь торгуются на исторических максимумах, однако повторения столь же сильного роста, как у меди (+44% за год), ожидать не стоит.

Недооцененные акции малой и средней капитализации также остаются перспективными. По оценке Morningstar, они торгуются с дисконтом до 23% к справедливой стоимости. С начала 2026 года сегмент small-cap опережает индекс S&P 500 (6% против 1%), предлагая редкое сочетание низкой оценки и фундаментального качества.

 

Мурат Абдрахманов,

основатель венчурного фонда MA7 Ventures

Сегодняшние бизнес-ангелы – это в первую очередь предприниматели, которые органически переходят в ранг инвесторов. В венчуры также часто приходят опытные топ-менеджеры и сами стартаперы. Средний возраст таких участников этих раундов финансирования 35–45 лет. Люди старше пятидесяти зачастую не рискуют заходить в подобные проекты. При этом можно точно сказать, что в последние годы венчурные инвестиции стали в разы популярнее. Однако мы рекомендуем отводить под них не более 10% общей суммы своих активов.

Появление искусственного интеллекта – это настоящий тектонический сдвиг, повлиявший на все отрасли венчурных инвестиций: их объем в сравнении с прошлым годом увеличился как минимум втрое. Примерно 75% финансирования направляется именно в ИИ. Наш фонд из-за этого фактора также изменил стратегию: если раньше мы шли в проекты на посевной стадии (seed, разработка первой версии продукта, изучение рынка – прим. ред.), то теперь подключаемся на предыдущем этапе, поскольку стартапы развиваются очень стремительно.

Сейчас мы инвестируем только в ИИ-проекты. Грядут колоссальные изменения для экономики в целом. Внедрение ИИ в нашу жизнь сильно опережает ожидания. Мы стараемся искать модели с глобальным потенциалом и уделяем большое внимание профилю фаундера – не только его технологическим знаниям, но и отраслевой компетенции и предпринимательскому опыту.

 

Андрей Горобченко,

CEO Aiya Bureau, инвестор

Я стал активно покупать искусство более года назад и вложил уже 35 тыс. евро. Заметил, что у людей, которые коллекционируют давно, есть искреннее желание чувствовать, понимать, находить ответы и получать удовольствие от искусства. Даже если приходишь с четким запросом «купить с инвестиционной целью», обычно отвечают: будем смотреть подходящие работы, но покупать нужно только то, что откликнется и понравится, независимо от цифр. Деньги здесь, скорее, приятное дополнение. В идеале, конечно, хочется, чтобы инвестиция в искусство могла окупиться и на дистанции до двух-трех лет, и на дистанции 7+ лет. На длинной цена выравнивается к справедливой рыночной, на короткой возможны всплески хайпа, маркетинга и шума. В искусстве, как и в любых инвестициях, нельзя поддаваться моде.

Если говорить о современном искусстве, коллекционеры в этом сегменте молодеют. Становится больше людей 25–40 лет, которые могут позволить себе покупать работы, формировать коллекцию, развивать свою идентичность и демонстрировать статус. При этом на арт-рынок заметно влияют экономические тенденции. Например, за последние три года продажи Sotheby's по молодым художникам снизились в 2,5 раза.

Для меня «купил сердцем» – это когда после покупки нет сомнений. Удовольствие, интерес и готовность вкладывать время в процесс – качества, которые помогают стать хорошим инвестором в искусство.

 

Александр Абрамов,

профессор РАНХиГС, эксперт по рынкам капитала

Зумеры вступили в жизнь в сложное время: социальные лифты перестали работать, рынки стали более волатильными. Из-за этого молодые люди менее серьезно относятся к долгосрочным сбережениям, предпочитая тратить здесь и сейчас. На принятые ими решения влияют соцсети. Однако со временем многие инновации теряют былой блеск, не все в них оправдывается. В России наблюдается крах идеи инфлюэнсеров, которые иногда оказываются банальными манипуляторами. В США это произошло немного раньше – с рынком мем-акций.

Деньги частных инвесторов в основном лежат в полупассивных взаимных, биржевых и пенсионных фондах. Здесь по-прежнему господствует широкая диверсификация, осторожное распределение активов, избегание соблазнов маркет-тайминга*. В США удивительное разнообразие дешевых и доступных стратегий взаимных и биржевых фондов практически на любой сценарий развития финансового рынка. Благодаря этому частные инвесторы относительно легко пережили шоки 2020-го и 2022 года.

*Торговая стратегия, базирующаяся на выборе времени для покупки или продажи определенного финансового актива

Опасный тренд – попадание финансовых рынков в орбиту K-экономики (характеризуется разнонаправленным движением секторов – прим. ред.). Обслуживание интересов состоятельных граждан усиливает неравенство, что создает большие риски для зумеров. В выигрыше остаются единицы, а остальные теряют деньги, утрачивая доверие к площадкам, где они проиграли. Нужны демократизация финансовых рынков и развитие моделей финансового бизнеса, которые позволили бы большинству представителей Gen Z стать долгосрочными инвесторами.